Газета «Наше Дело»
Газета «Наше Дело»
г. Одесса, ул. Б. Арнаутская, 72/74, каб. 1201.
Телефон: (048) 777–09–56

Дела заграничные

Чужие и Хищники против гордых картвелов

Неутомимый грузинский лидер снова пришел к власти, потеряв при этом половину своих сторонников и нажив себе непримиримых противников. Досрочные выборы президента Грузии не разрешили политический кризис в этой стране.

Пиррова победа

Инаугурацию Михаила Саакашвили чиновники изо всех сил пытались обставить как апофеоз очередной победы сил света над силами тьмы. Правда, в отличие от прошлой инаугурации, всенародного ликования не было видно. Никто не мчался в неистовой радости, размахивая букетом роз и вопя на весь проспект Руставели о победе. Зато можно было увидеть угрюмые и даже раздраженные лица, никак не вяжущиеся с заявленным очередным торжеством демократии.

Ничего удивительного — Грузия снова расколота на власть и оппозицию, и снова первая поимела последнюю. За последние несколько месяцев целых три раза. Такого горячая кавказская кровь не прощает!

Среди дарований Саакашвили выделяется не только талант политика-шоумена, устраивающего гротескные клоунады, но и умение плодить вокруг себя противников. Превращая в оных даже своих ближайших сподвижников. В этом «Мишико» намного обскакал, пожалуй, даже своего знаменитого соотечественника Иосифа Джугашвили.

Из всей команды, устроившей несколько лет назад «революцию роз», рядом с Саакашвили осталась только Нино Бурджанадзе. Да и то во многом благодаря тому, что спикер грузинского парламента защищена покровительством Запада в не меньшей, если не в большей степени, чем сам Саакашвили. Поэтому разборка между ними просто невозможна — ее бы погасили в самом зародыше.

Другое дело — многочисленные сподвижники, которых в Грузии всегда достаточно, и на место ушедших или изгнанных всегда можно набрать новых. Их не возводили в ранг «лидеров молодой демократии», они вообще лишь приложение к команде грузинских «друзей Запада», расходный материал.

Вы думаете, что Ост-Индийскую кампанию сильно заботила судьба придворных марионеточных махарадж, которым скучающие набобы время от времени рубили головы? Ничуть! Англичане работали с махараждами, но не вмешивались в их кадровую политику, которая никак не отражалась на интересах компании и королевства.

Если же им требовалось заменить вышедшего из-под контроля царька, то найти новую кандидатуру из числа его многочисленных племянников было нетрудно. Благо, те сами напрашивались, обивая пороги губернаторов и полковников.

Вряд ли за прошедшие 150 лет Запад изменил основы этой проверенной политики в отношении «туземцев». Да и зачем, если она прекрасно работает, как и многие старые механизмы — та же демократия, к примеру, постулаты которой разработали еще 2500 лет назад.

Пожалуй, сам Господь не разобрался бы, что именно не поделили Саакашвили и его сподвижники и из-за чего именно они рассорились. Известно лишь, что к своим «мазепам» грузинский вождь отнесся чисто по-грузински: эмоционально и жестко. В итоге кто-то оказался в камере, где слезно раскаивался в своих «заблуждениях», а кто-то вовремя сбежал за границу.

Оценка ситуации в Грузии как борьба между прозападным Саакашвили, с одной стороны, и его оппонентами, называемыми кем-то пророссийскими, а кем-то еще более прозападными, во многом ошибочна. Потому что в Грузии нет самодостаточных, державных, независимых, прогрузинских политических сил.

В Грузии есть легализированный Западом махараджа Мишико и его свита, в которой постоянно кипят конфликты и заговоры в лучших традициях азиатских стран XIX века. Питать надежду, что вот этот — больший демократ и народник, а вот этот — друг России, совершенно безнадежно.

Там нет ничьих друзей. Как не являются друзьями людей сражающиеся между собою Чужие и Хищники из известного блокбастера. Для одних «гомо сапиенс» — лишь объект развлекательной охоты, для других — организм для вынашивания личинки, и не более.

Так же точно народ для грузинских политиков — лишь источник доходов и электорат, а для Запада — сила, которая может возвести их на трон и удержать там. Что же касается России, то она практически никак не влияет на внутренние дела в Грузии, если не считать ее использование в качестве внешнего противника для мобилизации и зомбофикации электората.

Поэтому никто в Грузии не собирается ни искать у России поддержки, ни быть пророссийским политиком. В борьбе за грузинскую власть поддержку ищут на Западе. И Запад все это хорошо понимает и правильно оценивает ситуацию, а потому и выигрывает.

Демократия и «демократизаторы»

Грузинская оппозиция изначально обратилась к Западу за поддержкой, однако, судя по тому, что гонения на нее так и не прекратились, получила отказ. Очевидно, менять Саакашвили на кого-то другого было не в интересах стран «развитой демократии».

Вот тут оппозиционеры и совершили ошибку. Не получив поддержки в кабинетах власть имущих, они зачем-то отправились давать интервью в западных СМИ и взывать к тамошней «общественности». Видимо, решив, что раз им дают полчаса прямого эфира и приглашают на вечеринку в клуб местных либералов, то это и есть та самая «поддержка».

Что ж, бывает! В этой связи припоминается история о том, как приехавший в XIX веке в Лондон тайский вельможа, считавшийся у себя на родине очень «европейским» человеком, принял гостиничного швейцара за генерала и начал просить у него армию. Случалось и наоборот, когда европейские путешественники принимали за туземного царька пышно наряженного звездочета.

Увы, но откровения Ираклия Окруашвили на жителей Европы произвели впечатление куда меньшее, чем репортаж о проблемах гибнущих на дорогах лягушек. Для того, чтобы его заметили и на него обратили внимание, нужна была специальная общезападная пиар-кампания наподобие той, которая велась в 90-е годы против Сербии. Но никто на Западе не собирался тратить время и средства, раскручивая грузинскую оппозицию. Не было необходимости.

Поэтому, когда взбодренная интервью Окруашвили («нас услышали, нам помогут!») грузинская оппозиция вышла на акции протеста, ее участь была уже предрешена. Власть чуток выждала, проконсультировалась с Западом, уточняя его отношение к «этим крикунам», и с легкой душой включила водометы.

Дубинки, газ, резиновые пули и упругие струи холодной воды вызвали у оппозиции не протрезвление относительно истинного положения вещей, а только искреннее возмущение: как же так, в стране «молодой демократии», после «народной революции» — и такие тоталитарные инструменты наведения порядка!

Однако на улицы Тбилиси вышло около 100 000 человек, митинги протеста состоялись и в регионах. С этим нельзя было не считаться — недовольство правлением Саакашвили возрастало в массах, а это в условиях Грузии грозило очередной революцией.

Причем, не освященная благословением Запада, это была бы не опереточная «революция роз», которая быстро разрешилась бы торжественной передачей власти. Нет, власть бы сопротивлялась, и на улицах грузинской столицы могли бы засвистеть уже совсем не резиновые пули.

Поэтому возникла необходимость разгромить оппозицию до того, как она наберется сил, достаточных для организации своей «революции». Причем так, чтобы не возникло сомнения в «демократичности» нынешней власти. Поскольку только таким образом у оппозиции будет выбита основная опора ее политических претензий — обвинения в том, что Саакашвили отошел от этой самой демократии. И если она не угомонится, то лидеров оппозиции уже можно будет с чистой совестью хватать и сажать как заговорщиков и коррупционеров.

Вот почему Михаил Саакашвили был вынужден согласиться на столь рискованный шаг, как досрочные выборы. Сам ли он пришел к этой идее или ему ее подсказали западные «друзья», но другого выбора у него и не было.

Правильность этого сценария подтвердилась мгновенно: с объявлением досрочных выборов накал страстей спал, оппозиция начала мирно готовиться к голосованию.

Не важно, как голосуют, важно, как считают!

Риск был велик. Если на прошлых выборах в эйфории революционных страстей и ожидании скорого расцвета Грузии Саакашвили набрал более 90% голосов, то теперь его рейтинг оценивали как весьма критический. Оппозиция заранее праздновала победу и размахивала флагами.

Однако в этой суматохе она совершенно упустила из виду, что досрочные выборы выгодны не ей, а власти. Потому что в руках у Саакашвили была государственная машина, способная в короткий срок провести эти выборы «так, как нужно». У оппозиции же не оказалось времени ни на то, чтобы выдвинуть единую кандидатуру, ни на то, чтобы провести эффективную предвыборную кампанию и подготовиться к самому процессу голосования.

В итоге голоса недовольной части грузин раздробились между несколькими кандидатами, что уже сделало невозможной победу оппозиции в первом туре.

Тогда она с оптимизмом начала заявлять, что обязательно победит во втором. Но к вечеру дня голосования надежда на это начала таять.

Скандал начался с войны экзит-поллов. Вначале, еще до завершения голосования, появились данные украинского аналитического центра «Общеевропейское дело», согласно которым избиратели определились в своих симпатиях таким образом: Леван Гачечиладзе — 31,0%, Михаил Саакашвили — 24,4%, Бадри Патаркацишвили — 20,3%, Шалва Нателашвили — 12,4%, Давид Гамкрелидзе — 7,3%.

Незамедлительно последовала вполне обоснованная реакция грузинского Центризбиркома, который обвинил «Общеевропейское дело» в нарушении избирательного законодательства. Действительно, публиковать результаты экзит-поллов до окончания голосования запрещено во всех странах мира.

Позднее к нещадной критике аналитического центра присоединились некоторые украинские центры, а также, с особой яростью, «оранжевые» политики.

Как оказалось, столь бурная реакция была вызвана не только тем, что «Общеевропейское дело» поспешило опубликовать итоги опросов. Дело было в цифрах, которые показывали победу совсем не Саакашвили.

Вечером на ликующую оппозицию обрушился холодный душ данных экзит-поллов, предоставленных четырьмя грузинскими организациями. Согласно их цифрам, Михо побеждал уже в первом туре с результатом 52,5%.

Подобной разницы в результатах экзит-поллов, пожалуй, не было даже в Африке. Поэтому неудивительно, что оппозиция закричала о фальсификациях. Однако к тому времени на «Общеевропейское дело» обрушилось столько незамедлительно организованной критики, что фальсификатором стали считать именно этот центр. Соответственно, данные грузинских источников — верными и «демократическими».

Эпопея с подсчетом голосов — отдельная страница в истории президентских выборов 2008 года в Грузии. Как заявляла оппозиция, Саакашвили «тянули» изо всех сил, чтобы сделать ему хотя бы минимальный перевес в первом же туре.

Впрочем, на возмущенные крики о нарушениях во время голосования и подсчетах никто не обращал внимания. А на немецкого дипломата Дитера Бодена, который в интервью газете «Frankfurter rundshau» весьма критически отозвался о грузинских выборах, поочередно наехали сначала грузинские власти, а потом и миссия ОБСЕ. Мол, попытался опорочить очередное торжество грузинской демократии!

Одним словом, все сигналы, которые хоть как-то бросали тень на заявленную победу действующей власти, тщательно гасили. И в итоге все прошло так, как, собственно, и задумывалось изначально: Михаил Саакашвили получил «мандат доверия народа», а загнанная на задний двор оппозиция пережевывала слезы и сопли.

Не поддавались критике только итоги грузинского референдума о вхождении страны в НАТО, согласно которому этот шаг поддерживают 72% избирателей. Вряд ли кто-то сомневается в том, что грузины, вот уже столько лет живущие в атмосфере подготовки войны со своими бывшими автономиями, не хотели бы заручиться поддержкой могучей и непобедимой, на их взгляд, американской армии. Инструкторы которой давно уже чувствуют себя в Грузии как дома.

Полновластный полупрезидент

Но все же победа Саакашвили оказалась не только несколько измазанной в сомнениях «прозрачности» выборов, но и пирровой. Даже официальных 53 с хвостиком процента для «лидера демократии» маловато. Особенно учитывая, что основную поддержку Саакашвили дала столица, силовики и родовые «поместья» грузинских чиновников. В то время как в живущих куда хуже регионах, напротив, высока поддержка оппозиции. Такой политический раскол свойственен неспокойным режимам третьего мира, а не «европейской стране», какой себя пытается позиционировать нынешняя Грузия.

Возможно, не случайно на инаугурацию Саакашвили, назначенную на 20 января, не приехали даже его закадычные друзья — навестить кума «не смог» даже Виктор Ющенко. Не поздравили «Мишико» лично и президенты соседних Азербайджана и Армении, а от Вашингтона вообще прибыл... министр торговли.

Это весьма тревожный сигнал, показывающий нынешнее отношение к Саакашвили даже со стороны соседей и союзников.

Победа, вызывающая большие сомнения (грузинская оппозиция настаивает, что выборы были сфальсифицированы), не разрешила кризис. Теперь отношения между Саакашвили и оппозицией будут еще более непримиримыми, а главное, что сторонники оппозиции наверняка просто разочаровались в возможности «снести режим» демократическим путем.

В условиях Грузии это означает, что люди будут теперь больше склоняться к идее устроить самую настоящую революцию. И среди них будут не только сторонники мирных «цветочных» переворотов. Словом, проблема хоть и загнана в угол, но обострилась еще сильней.

Пока что Саакашвили пытается разрешить ее типично кавказским (или азиатским?) методом — срубая головы лидерам оппозиции. Скрывающийся в Британии Бадри Патаркацишвили объявлен в розыск как «изменник родины и заговорщик». Продолжает сидеть во французской тюрьме Ираклий Окруашвили, арестованный еще в ноябре по запросу из Тбилиси, тщетно прося в Европе политического убежища.

Однако и такие методы решают проблему лишь частично. Ведь не факт, что вскоре еще кто-то из нынешнего окружения Саакашвили не окажется в опале и не станет еще одним лидером оппозиции. Но при этом, наученный неудачным опытом своих предшественников, будет действовать иными, более эффективными методами...

Автор: Виктор Дяченко