Газета «Наше Дело»
Газета «Наше Дело»
г. Одесса, ул. Б. Арнаутская, 72/74, каб. 1201.
Телефон: (048) 777–09–56

Дела свидомые

Великий украинский миф. Часть II

Великий Украинский миф. Часть I

И уж конечно же, ВЕЛИКИЙ УКРАИНСКИЙ МИФ никак не мог пропустить свидомых «борцов» за незалежнисть, а в реальности — патологических убийц из радикальных террористических организаций ОУН-УПА.

После исчезновения нэзалэжных украйинськых дэржав-однодневок адепты самостийности перекочевали в Западную Европу, преимущественно во Францию, Германию и Чехословакию, где образовали несколько зарубежных группировок: петлюровский Державный Центр УНР в изгнании ориентировался на Польшу; Украинская Военная Организация (УВО) — на немцев. Кроме этого еще были «гетьманцы» — сторонники П. Скоропадского — и просоветски настроенная Коммунистическая партия Западной Украины.

Из этих самостийнических организаций наибольшее значение приобрела созданная в Праге в 1920 году УВО. Ее создали молодые галицийцы — бывшие офицеры петлюровского корпуса «Сечевых стрельцов» Украинской галицкой армии (УГА). Лидером этой террористической организации стал Евгений Коновалец (австрийский прапорщик во времена Первой мировой войны, а затем «пан атаман» петлюровских «Сечевых стрельцов», утопивший в крови киевское январское восстание рабочих 1918 года).

О политической ориентации УВО можно судить по словам сподвижника Коновальца Степана Курнаса: «В начале 1923 г. Коновалец созвал в Праге совещание руководителей УВО... Он поставил вопрос о необходимости ориентироваться на Германию... Принимая немецкую ориентацию, УВО обязалась предоставлять все свои силы и средства борьбы в распоряжение германского командования и германской разведки, под руководством которых велась дальнейшая работа националистического подполья... Многие шпионские материалы, собранные членами УВО, концентрировались у начальника подразделения разведки Михаила Матчака, который передавал их немецкой разведке через полковника Бизанца». Негласная поддержка немцами экстремистски настроенных галицийцев и привела к продолжению ими вооруженной борьбы, приобретшей формы бандитизма.

Для финансового обеспечения деятельности УВО поначалу использовалось принудительное «налогообложение» студентов, благодаря чему в Львовский банк ежемесячно поступало 75 тысяч чешских крон). Галицийские националисты не только организовали и обучали кадры русофобствующей молодежи, но и имели склады оружия. Затем средства начали поступать и из Германии.

Немецкая финансовая подпитка и рост популярности идей немецкого нацизма благоприятствовали быстрому росту украинского национализма в Галиции. Стоит еще раз напомнить, что любовь молодых галицийских националистов ко всему немецкому имела давние традиции. Ей способствовало преклонение части галицийских полуинтеллигентов перед «арийской» расой. Провинциальная галицийская молодежь из состоятельных семей откровенно завидовала «арийскому» происхождению своих германских и австрийских сверстников и гордилась своим названием «тирольцы Востока», которое дал Франц Иосиф еще их родителям. Впоследствии термин «мои тирольцы» будет часто использовать губернатор дистрикта (округа) Галиция, эсэсовский генерал Отто Вехтер.

Но в других областях Западной Украины — например, на Западной Волыни — идеи национализма почвы для развития не находили — тамошние крестьяне более склонялись к большевизму. Это позволяет сделать вывод о том, что украинский интегральный национализм — явление специфически галицийское. Идеи украинского интегрального национализма оказались созвучны настроениям тех галицийцев, которые воевали на стороне ЗУНР и остались в пределах Польши.

В конце 20-х годов УВО достигла договоренности об объединении с другими националистическими группами, в числе которых был и руководимый Донцовым СНУМ (Союз Украинской Националистической Молодежи). На базе этого союза в 1929 году в Вене была учреждена Организация Украинских Националистов (ОУН), во главе с тем же Коновальцем, до 1930 года носившая аббревиатуру УВО-ОУН.

Руководитель УВО полковник Коновалец стал первым главой Головного провода ОУН, а УВО переименована в Военный Отдел, ставший внутренним органом, которому подчинялись вооруженные силы ОУН. Так же как ранее УВО, ОУН ориентировалась на немецкий рейх. Основным принципом функционирования ОУН стало абсолютное, слепое подчинение начальству. А главным, практически единственным методом политической борьбы с оппонентами был избран террор.

Следует отметить, что основной костяк боевиков и партийных деятелей УВО-ОУН составляли подростки и юноши, еще не достигшие зрелого возраста (будущий фюрер украинских нацистов Степан Бандера стал членом УВО в 1928 году, когда ему было 19 лет). Воспитанные в духе нацистской идеологии, подстрекаемые функционерами спецслужб фашистских государств эти юнцы решали вопросы жизни и смерти сотен и тысяч людей, в чем-то с ними не согласных или не угодивших нацистским бонзам. Убивали не только представителей польского государственного аппарата (как раз их погибло меньше всего) — прежде всего убивали демократически настроенных, представителей прогрессивной украинской и польской интеллигенции, пользовавшихся немалым авторитетом в народе. Убивали потому, что те могли помешать приходу нацистов к власти, подорвав в народе авторитет террористической УВО-ОУН.

В идейном плане наибольшее значение для воспитания «борцов» приобрел так называемый интегральный украинский национализм. Его создателем был бежавший в Галицию русский националист Дмитрий Донцов, который формально не был членом ОУН. Но без его идей не смог бы сформироваться украинский, фашистского типа национализм, приведший к сотням тысяч жертв.

Для своей теории Донцов позаимствовал многое из идейного багажа Гитлера и Муссолини, но превзошел своих учителей в человеконенавистничестве. Под влиянием их нацистских и фашистских идей Донцов написал изданную во Львове в 1926 году книгу «Национализм», явившуюся доктриной украинского интегрального национализма, которую в качестве официальной идеологии ОУН взяла на вооружение в 1929 году. По словам униатского священника Юрия Федорива, «эта идеология требовала отречения от всего — от отца с матерью, от Бога и совести, от законов и этики, от любви к ближнему и личных чувств. Во имя одного: добудешь или погибнешь...»

Еще в 1913 году во Львове в своей лекции перед молодежью Донцов сказал следующее: «Актуальным, более реальным, более консеквентным и наиболее осуществимым лозунгом является отрыв от России, разрушение всякого с ней союза, политический сепаратизм. Нынешний момент наиболее способствует реализации сепаратистской программы... Если мы теперь... не направим все наши силы, какие бы они ни были, на сторону противников России, то это было бы преступлением перед нашей нацией, нашим будущим».

Суть доктрины Донцова следующая:

Идеология украинского интегрального национализма исходит из теории социального дарвинизма, по которому «нация составляет вид в природе»; нации, в том числе и украинская, ведут постоянную борьбу (войны) с другими нациями за пространство и выживание. Войны — вещь обычная, вражда между нациями вечна, следовательно, вечна и борьба между ними. В этой борьбе не следует руководствоваться моральными, христианскими или общечеловеческими принципами: хорошо все то, что хорошо для нации. Это первый тезис.

Нация строится по иерархическому принципу — во главе стоит вождь, имеющий в своем распоряжении актив, который Донцов называет «инициативным меньшинством», «элитой нации». Именно элита и определяет, что хорошо для нации, а для его внедрения применяет «творческое насилие» по отношению к остальной части нации, называемой Донцовым «плебсом», «чернью», «необузданным быдлом». Это второй тезис.

Движущими силами украинского национализма должны быть следующие идеологические принципы: а) воля, которая должна быть отрицанием разума — отсюда и волюнтаризм в украинском национализме; б) сила, причем сила физическая, как отрицание силы науки, экономики, культуры и т.д.; в) насилие сильнейшего над слабейшим; г) территориальная экспансия как следствие межнациональной политики; д) расизм, согласно которому украинская нация состоит из разных расовых элементов, среди которых наилучшим является нордический расовый элемент, и именно он наиболее приспособлен к управлению государством; е) фанатизм; ж) беспощадность к врагу, а враги украинской нации — это все неукраинцы, или украинцы, не разделяющие идей интегрального национализма; з) ненависть ко всему чужому; и) аморализм согласно утверждению «Все хорошо, что полезно нации». Это третий тезис.

На такие откровения не решались даже фашисты.

И вот эта поистине людоедская идеология становится сначала официальной идеологией УВО, а затем ОУН. Эта идеология с самого начала представляла одну из разновидностей фашизма, включая весь соответствующий набор: мифологизацию национальной истории, культ борьбы и силы, тоталитарную структуру власти, расизм и антисемитизм. Немалое влияние на дальнейшее сотрудничество оказала и идеологическая близость ОУН и НСДАП. ОУНовский публицист Я. Оршан писал об этой близости следующее: «Украинский национализм оперирует в отношении себя термином «национал-социализм» или фашизм». В одной из брошюр УВО, опубликованной в 1929 году говорилось: «Требуется кровь? — Дадим море крови! Требуется террор? — Сделаем его адским!.. Не стыдитесь убивать, грабить и поджигать. В борьбе нет этики!». Ведущая газета ОУН «Наш клич» 9 июля 1938 года четко определила идеологию ОУН: «Это общественно-политическое движение, которое существует сегодня во всем мире. В одной стране оно проявляется как фашизм, в другой — как гитлеризм, у нас — просто как национализм».

Стоит также привести некоторые выдержки из официальных ОУНовских документов.

I Конгресс Организации Украинских Националистов, проходивший в Вене в 1929 году, принимает следующие программные документы:

В Постановлении I Конгресса ОУН в разделе «Внешняя политика», пункт 2, говорится: «Полное уничтожение всех займанцев (неукраинских поселенцев) на украинских землях, которое наступит в беге национальной революции и откроет возможности развития Украинской Нации в пределах собственного государства, обеспечит только система собственных вооруженных сил и целесообразная союзническая политика». (Постановление — это официальный документ, который нужно исполнять; и в нем было четко оговорено: не переселить, не выселить, не изгнать — уничтожить!).

Раздел «Естественные движения»: «...таким (естественным) движением является украинский национализм, у немцев — гитлеризм, в Италии — фашизм... Все эти движения похожи между собой...».

Раздел «Наши цели»: «ОУН признает наивысшим добром на земле добро украинской нации. Украина превыше всего. ОУН признает принцип — Украина для украинцев».

Для осуществления преступной цели такого масштаба требовалось соответствующее количество преступников. Их надо было готовить. А для этого необходимо было создать образ врага, с которым нужно бороться.

В своих выступлениях и в печати, включая официальные документы, националисты перечисляли этих врагов: «окупанты» (оккупанты) — все не украинцы; «займанцы» (переселенцы) — все неукраинцы, исстари живущие на «украинских» землях; «зайды» (пришельцы, чужаки) — не украинцы, недавно поселившиеся на «украинских» землях; «хруны» — украинцы состоящие в смешанных браках; «зрадныки» (изменники) — украинцы, не проявляющие открытой вражды к врагам.

О взаимодействии ОУН с абвером свидетельствует справка-доклад по украинскому вопросу №10 (от 19 ноября 1933 года): «Около 10 лет тому назад было заключено соглашение между прежним начальником контрразведки Германии и нынешним руководителем ОУН полковником Коновальцем. Согласно этому договору украинская организация получила материальную поддержку, за что она поставила контрразведке данные о польской армии. Позднее организация взяла на себя также подготовку боевых и диверсионных заданий. Ежемесячные выплаты достигли 9000 рейхсмарок». Кроме ежемесячных выплат, были и «отдельные платежи для специальных заданий».

Об этом же свидетельствует и «Меморандум по украинскому вопросу», подготовленный НСДАП в 1938 году: «В 1922 году тогдашний начальник немецкой контрразведки полковник Гемпш достиг письменного соглашения с руководителем ОУН полковником Е. Коновальцем, на основании которого украинская организация получала материальную поддержку, за что передавала отделу контрразведки сведения о польской армии. Затем организация взялась за подготовку в Польше диверсионных актов. Регулярная месячная плата Коновальцу доходила до 900 марок».

Некоторые наиболее шустрые из националистов ухитрялись сотрудничать сразу с несколькими иностранными спецслужбами. Так, заместитель Бандеры Ярослав Стецько смог успешно выполнять задания одновременно итальянской разведки, в которой его знали как «Белендиса», и немецкого абвера, где он числился в картотеке как «Басмач».

Впоследствии ОУН раскололась на мельниковскую ОУН-м и бандеровскую ОУН-б (она же ОУН-р — революционная). Борьба за власть и убийства членов соперничавших группировок породили их лютую ненависть друг к другу. И с этой ненавистью могла сравниться только их ненависть к русским, полякам и евреям.

Немцы использовали услуги ОУНовцев обеих группировок — готовили из них диверсионные отряды. ОУНовцы (и мельниковцы, и бандеровцы) во всем безусловно поддерживали фашистов. Но ни о каком равенстве между немцами и ОУНовцами не могло быть и речи: для немцев борцы за нэзалэжнисть, несмотря на исповедуемую ими фашистскую идеологию, были такими же untermenschen — недолюдьми, человеческим навозом, такими же, как и остальные славяне.

Выражаясь современным языком, для гитлеровцев ОУНовцы были «полезными идиотами» и выполняли за фашистов всю самую грязную работу: их использовали для поддержания «нового порядка» в Польше, и планировали использовать для осуществления крупномасштабной диверсионной деятельности после начала войны против СССР. И в начале войны практически только они использовались немцами в карательных операциях. Психику своих солдат немцы берегли.

Бандеровская ОУН-б присвоила себе наименование Украинская повстанческая армия — УПА. Для максимальной эффективности необходимо было придать УПА видимость добровольной народно-освободительной армии. Но УПА не была ни добровольной, ни народно-освободительной армией — «мобилизация» в ее ряды носила насильственный характер. Всех сопротивлявшихся «мобилизации» в УПА без промедления убивали, причем убивали не только «призывника», но нередко и членов его семьи. «Мобилизованного», как правило, закрепляли кровью: для этого ему обычно приказывали убить еврея, поляка или чем-то провинившегося перед бандитами украинца. И дороги назад для «мобилизованного» уже не было. Уже на май 1943 года состав УПА был сформирован путем такой «мобилизации» на 50%, а в конце того же года — не менее чем на 90%.

Об этом же говорил и бывший член руководства ОУН-б и командир УНС А. Луцкий: «Большинство участников УПА были насильно туда втянуты. И только меньшая часть является добровольцами. При этом следует пояснить, что добровольцами были те, которые пошли в УПА только в силу крайних обстоятельств: полицейские украинской полиции, дезертиры из Красной Армии, беглецы с работы в Германии и т.п. Не будь таких обстоятельств, эти лица никогда не пошли бы в УПА».

Об этих фактах адепты нэзалэжности предпочитают помалкивать.

Вооружением и оснащением УПА занимался абвер, и он полностью обеспечил ее оружием и боеприпасами. Кроме того, было выделено необходимое количество военных инструкторов и специалистов по проведению разведки, организации диверсий и поддержанию связи с гитлеровцами. Связь между фашистами и националистами возлагалась на абверкоманду 202, для чего была организована постоянная радиосвязь. В частности, офицеры абвера оберлейтенант Йозеф Мюллер и доктор Вальтер Фель получали по радио разведданные о расположении частей Советской Армии, передавали указания о проведении разведки и диверсий в тылу советских войск. «Главнокомандующим» УПА по личному приказу рейхсфюрера Генриха Гиммлера был назначен Р. Шухевич

Получая от хозяев задания по разведке и диверсиям в тылу советских войск, ОУНовцы всячески старались скрыть этот факт в тайне от населения. По этому поводу униатский священник Грыньох (капитан абвера, ответственный за связь УПА с абвером и гестапо) писал: «Доставка оружия и диверсионных средств с немецкой стороны через линию фронта для подразделений УПА должна проводиться по правилам конспирации, чтобы не дать большевикам в руки никаких доказательств относительно украинцев — союзников немцев или немецких агентов, которые остались за линией фронта. Поэтому ОУН просит, чтобы переговоры, договоренность шли от центра и чтобы партнерами со стороны немцев была по возможности полиция безопасности, так как она знакома с правилами конспирации».

Причастность немецких спецслужб к созданию бандеровской УПА и руководству ее операциями подтверждается материалами Нюрнбергского процесса.

Под лозунгом «национально-освободительной борьбы» УПА устроило беспрецедентную по своим масштабам резню мирного населения на оккупированных немцами территориях.

В результате этой «национально-освободительной борьбы» к концу 1943 года почти все польские населенные пункты на Волыни и Ровенщине вместе с их жителями, были стерты с лица земли. Кроме того, была уничтожена малорусская интеллигенция и духовенство украинской православной церкви. Поляков, проживавших в Галиции, подобная судьба постигла примерно через год, когда фашистами была полностью создана и вооружена УПА «Запад».

Весь этот кровавый кошмар был закономерным результатом всей политики УВО-ОУН-УПА, базировавшейся на фашистской теории интегрального национализма Донцова. Еще в 1928 году в одной из пропагандистских брошюр УВО говорилось: «Требуется кровь? — Дадим море крови! Требуется террор? — Сделаем его адским!.. Не стыдитесь убивать, грабить и поджигать. В борьбе нет этики!». А незадолго до начала волынской резни бандеровцы сочинили частушку: «Трэба крови по колина, щоб настала вильна Украйина!» Этому кошмару способствовали и моральные установки вождей (а точнее, фюреров) «национального освобождения». Ради нэзалэжнойи Украйины Бандера «был готов зарезать последнего украинца». Несколько лучше был Шухевич, который говорил что «если из 40 миллионов украинцев в живых останется 20 миллионов, то это не будет высокой ценой за самостоятельную Украину». И добавить к этому уже нечего.

Как после всего этого можно называть вояк из УПА? Только двуногим нацистским зверьем. И в то же время это была «элита» — лучшие из лучших из патологических убийц, отлично усвоившие идеологию и практику бесноватого австрияки по фамилии Шикльгрубер.

Помимо ставшего нарицательным имени Бандеры приводим далеко не полный перечень этих «национальных героев»:

Роман Шухевич («Чупрынка») — капитан абвера, затем капитан СС, награжден двумя крестами и медалью гитлеровской Германии; главнокомандующий УПА.

Василь Сидор («Шелест») — капитан абвера, награжден немецким крестом; командир роты шуцманшафтбатальона­-201, затем командир УПА «Запад».

Д. Клячкивский («Клим Савур») — старший лейтенант абвера; в 1943 году отдал приказ о массовом истреблении поляков на Волыни).

И. Грыньох («Герасимовский», «Данылив») — капитан абвера, кавалер двух немецких крестов; организатор и член Главного штаба УПА, отвечал за связь УПА с абвером и гестапо, капеллан бандеровского батальона «Нахтигаль», капеллан шуцманшафтбатальона-­201, главный капеллан 14-й дивизии СС «Галициен».

А. Луцкий («Богун») — старший лейтенант абвера; командир взвода шуцманшафтбатальон-201, командир УНС (галицийский вариант УПА), с начала 1944 года замкомандира УПА.

В. Павлюк («Ирко») — капитан абвера; командир роты шуцманшафтбатальона­-201, куренной УПА на Ивано-Франковщине, затем районный проводник ОУН на Львовщине.

Ю. Лопатинский («Калина») — старший лейтенант абвера; член Центрального провода ОУН и Главного штаба ОУН, активный участник кровавых преступлений нахтигалевцев во Львове (июнь 1941 г.).

П. Мельник («Хмара») — капитан Ваффен СС; командир роты дивизии СС «Галициен», куренной УПА.

И с этими подонками нынешняя власть призывает «мириться» нас и НАШИХ ВЕТЕРАНОВ, ПРОШЕДШИХ ГОРНИЛО ВЕЛИКОЙ ВОЙНЫ!

Часть V. Русофобство

Наиболее подлая сущность БОЛЬШОГО УКРАИНСКОГО МИФА — его коварство. Миф трансформируется, миф мутирует, постепенно проникая во все сферы общественно-политической жизни государства, миф создает новые культы.

Вот один из примеров рождения нового культа. Народная артистка Украины Нина Матвиенко на концерте в присутствии первых лиц государства (тогдашнего президента Кучмы, членов правительства и парламентариев) прочитала «молитву» «Отче Тарас», пародировавшую христианскую молитву «Отче наш». Все присутствовавшие демонстративно встали, а некоторые даже демонстративно подняли глаза к небу. К фамилии Шевченко давно уже добавляют эпитеты «пророк», «святой», «мученик», «великомученик» и вот теперь «равноапостольный». Шевченковские слава давно уже приводят как истину в последней инстанции, зачастую пренебрегая евангельскими строчками на ту же тему. Шевченковские портреты вешают в красный угол в окружении икон и, как иконы, по украинскому обычаю, украшают рушныками. Дни рождения и смерти Шевченко просто превращаются в некие языческие камлания. Молодые люди в вышиванках, буквально впав в экстаз, истерично вслух читают «Кобзарь», раскачиваясь, как иудеи перед Стеной плача, женщины падают на колени перед памятником поэта, целуют его монумент. Тут же происходят стычки с «инаковерующими» в Шевченко. «Украинские церкви» (УПЦ КП, УАПЦ и УГКЦ) давно уже шушукаются про канонизацию данного персонажа, но никак не могут ему выделить место. Явление, которое можно условно назвать «тарасянством», все серьезней и серьезней проявляется в жизни Украины. Увлекая ее в омут простого языческого человекобожия.

В настоящее время в результате «помаранчевого» переворота ВЕЛИКИЙ УКРАИНСКИЙ МИФ фактически обрел новую жизнь. Он трансформировался в ВЕЛИКИЙ СВИДОМЫЙ МИФ. Этот миф овладел умами миллионов и воспринимается ими как данность. Этот миф создает новое общество, руководствующееся не здравым смыслом и реальными историческими ценностями, а иллюзиями, причем далеко не безопасными.

Основная опасность ВЕЛИКОГО СВИДОМОГО МИФА — принятие РУСОФОБСТВА в качестве основной национальной идеи и создание образа ВНУТРЕННЕГО ВРАГА. Миф представляет большую часть населения Украины как внутреннего врага, клеймит бандитами, быдлом и «пятой колонной».

Ярким примером того, как миф отбирает разум у наиболее внушаемых, является Майдан. Майдан, как апофеоз «помаранчевой» революции, ставший именем нарицательным. Майдан, претендующий на звание «исторического события».

Майдан был примитивным брендом, псевдокультовым событием, своеобразной красочной оберткой, куда тянулись толпы падкой ко всякого рода тусовкам молодежи и где прожженные «проповедники» мифа наполняли их соответствующим «содержанием». «Вау, Майдан — это круто, это модно, это стильно! Присоединяйтесь! Мы боремся с бандитами и имперской Россией!» Примитивная технология шоу сработала на неокрепших умах! Они туда летели, как мотыльки на свечу, — потому что это крутая и модная тусовка, потому что там дают оранжевые ленточки, потому что там, на фоне окружающей серости и обыденности, к ним приковано нешуточное внимание, они уже не «серые мышки» — они востребованы, значимы и овеяны ореолом борцов!

И сейчас эта зомбированная молодежь составляет оранжевое ядро, костяк таких радикальных партий, как Пора-ПРП и прочих. Во что превратятся эти радикальные партии завтра и какие действия предпримут во имя реализации своих идей, остается только гадать.

В завершение хотелось бы обратиться ко всем трезвомыслящим и неравнодушным, к тем, кто способен отделить реальность от иллюзий, к тем, кто не относит себя к толпе, а имеет собственное мнение, к тем, кто не живет одним днем, а задумывается о будущем, к тем, кто не поддался тлетворному влиянию мифа, не перестал считать себя РУССКИМ, не отказался от своего языка, культуры.

Уважаемые! Наше будущее зависит от НАС! В каждый момент времени мы совершаем поступки — и тем самым выбираем судьбу. И свою собственную, и для детей и внуков. Так было вчера, так есть сейчас, так будет завтра и послезавтра. Мы сами решаем, что взять в сегодняшний день из необъятного прошлого. Мы сами решаем, о чем сказать: «Вот это наше». И о чем сказать: «Оно появилось случайно». Да, мы терпимы и всепрощающи. Мы безропотно приняли, когда из наших паспортов убрали графу «национальность» — РУССКИЙ.

В повседневной суете мы даже не заметили, как из РУССКИХ нас перевели в разряд «русскоязычных граждан». Мы не возмущались, когда нам в этом государстве отводили место «национального меньшинства». Мы старались не замечать навешиваемые ярлыки бандитов, быдла и «пятой колонны».

Но задумайтесь, к чему может привести наша терпимость? Какое будущее будет у наших детей? Не будут ли потом наши потомки обвинять нас же уступничестве, инертности и нерешительности?

Ведь если мы будем молчать и терпеть, мы утратим наш язык и нашу культуру, мы потеряем наших детей. Наши дети отвернутся от нас же! Потому что в это время в школах и вузах они будут штудировать МИФ — провокационный вариант истории по учебникам, где Россия — это зло, США — добро, НАТО — манна небесная, а Майдан — очистительная революция «истинных патриотов» против «бандитов, быдла и пятой колонны»!

Фактически сейчас на наших глазах, не скрываясь, проводится политика ассимиляции. Которая в любой момент может перерасти в откровенный ЭТНОЦИД.

Согласно определению ООН, этноцидом является уничтожение нации (этноса) без физического уничтожения ее носителей. Осуществляется этноцид при помощи замены языка, истории, культуры и мировоззрения носителей уничтожаемой нации (этноса).

Довольно прятать голову в песок, довольно оправдываться, довольно извиняться за сам факт вашего существования! Мы не чужие на этой земле. Мы у себя дома! Неужели вы не вспомните одну простую вещь: вы получили этот мир во временное пользование от ваших предков и обязаны передать его своим потомкам. От вас и только от вас зависит, в каком мире будут жить ваши дети.

Автор: Антип Глымов