Газета «Наше Дело»
Газета «Наше Дело»
г. Одесса, ул. Б. Арнаутская, 72/74, каб. 1201.
Телефон: (048) 777–09–56

Дела давно минувших дней

Скандинавская демократия и мазепинская «незалежность»

Медленно но верно время несет нас навстречу 300-летнему юбилею Полтавского сражения. Оно, время, уготовило торжественной дате жесткое испытание: история не только «пересмотрена» национал-смотрителями, но и переделана национал-переделывателями. Причиной этих «новых взглядов» стало участие в событиях 1708—1709 годов небольшой части украинских товарищей под руководством гетмана Ивана Мазепы.

Банальное и признанное историками (в том числе и Грушевским) предательство гетмана сегодня преподносится как национальный подвиг в борьбе за независимость, неслыханное мужество и прочий мифологический мусор. Но на фоне такой трактовки деяний Мазепы уже и шведская интервенция получает совершенно другую характеристику. Да не оккупанты они были, а добрые и достойные освободители Украины от гнета москалей! Что же это за освободители такие?

Как шведы оплот украинской самостийности разорили

Итак, если внимать современным мазепинцам, шведская армия отправилась дарить Украине независимость, ради чего, по их логике, и начала Северную войну. Ну не могли вольные шведы смириться с тем, что где-то стонет от колониальной эксплуатации несчастный украинский народ!

Начало распространения шведской цивилизации и украинской незалежности по иронии судьбы выпало в 1704 году славному городу Львову, принадлежащему тогда полякам. Но оказалось, что тогдашние львовяне, вероятно, были куда разумнее современных, восприняли приход шведов как нормальную оккупацию и начали ожесточенно сопротивляться. Скандинавский генерал Стенбок потребовал сдачи и контрибуции, на что местные жители решили «за вольность стоять и не токмо вскоре людей для того вооружить, но буде нужда придет, самим на кони садиться и в поле выступить обещались».

После того, как шведы все же взяли оплот сегодняшнего мазепинства, они учинили в городе зачистку, достойную американских морских пехотинцев в Багдаде. Большая часть львовян была жестоко истреблена, горожан рубили на улицах, затем грабили дома и церкви, «все серебро из костелов взяли и у жителей городских, деньги и сукна взяли». В помещении Львовского архива шведы устроили конюшню, используя актовые книги и фолианты, как подстилки для лошадей. Исследователь западноукраинских архивов И. Линниченко писал в 1888 году в «Киевской старовине»: «Вследствие бесцеремонного хозяйничания шведов целые книги представляют собой теперь ряд небольших кусочков, в которых уже ничего нельзя разобрать, но они старательно сохраняются для потомков».

Привыкли руки к топорам...

Собственно, на Украину шведы прибыли в достаточно сложный для себя момент. Их изрядно потрепали под Добрым и Раевкой на границе Смоленщины и, наконец, у белорусского селения Лесная в сентябре 1708 года. Двигаться на Москву или Петербург при таких раскладах Карл XII уже не мог, о чем свидетельствуют и шведские источники. Но в дело вмешался случай, благодаря которому гетман Иван Мазепа, по наущению княгини Дольской, все же решился на измену. И вот шведские драбанты потянулись по украинским дорогам...

В преддверии юбилея Полтавской битвы «новые историки», захлебываясь, рассказывают о том, что шведы несли в Украину европейские ценности и обещания свободы. Но даже вяло соображающему человеку должно быть понятно, какие ценности может нести вооруженная до зубов армия чужестранцев. «А где неприятели стоят и чинят великое разорение: и скот и платье берут без купли и сапоги... И насилие чинят над женским полом, а где застанут жителей — положено со двора по быку и по четверти ржи», — писал в донесении капитан А. Ушаков.

Идеи скандинавской демократии и мазепинской незалежности не нашли отклика в сердцах людей, на что шведы ответили созданием карательных отрядов, как например отряд Томаса Функе, получивший приказ «детей и пожитки огнем и мечом, як насторожей карати...»

Казаки-разбойники

Не отставали от шведов и примкнувшие к ним герои нынешних мифов — мазепинские казаки.

Где они не могли сами, просили на подмогу шведов. В Прилуках Андрей Горленко убедил генерала Крейца вырезать жителей на том основании, что «крім їхнього, горленковського дому, більше немає в місті інших приятелів шведам». Известно, что население ни шведов, ни тем паче Мазепу не поддержало, вот и нервничали национальные герои, а невроз этот выливался в казни и грабеж.

По свидетельству кобеляцкого казака Гарасима Лукянова, «запорожцы Гордиенко на станциях у жителей берут хлеб и всякой харч силою, и хозяевам ни в чем воли нет». Другое свидетельство подчеркивает, что казаки собрались «купами» и разоряли пасеки.

Враги православия

Особое отношение демонстрировали шведские солдаты к православным храмам, куда заводили лошадей и где кололи иконы штыками, а то и вовсе разогревали пищу на кострах из икон. Храмы нещадно и методично грабились.

Надо ли напоминать, что в основной (если не в подавляющей) своей массе шведы и норвежцы были протестантами, поддерживавшие их поляки Станислава Лещинского — католики. Если с действиями последних в отношении православных храмов украинцы были знакомы и помнили генетически, то протестанты демонстрировали себя во всей красе.

Иллюстрацией этого отношения может служить иконы Полтавского Крестовоздвиженского монастыря, на которых шведы вырезали шахматные доски, дабы коротать досуг между убийствами местного населения. Иконы эти вносили перед войсками в спасенную Полтаву уже после сражения.

Шведы на родине президента

Особо жестоко шведы действовали на родине нынешнего президента Украины, на Сумщине. Здесь активничали полки Дукера и Таубе. Шведы, встретив сопротивление, сожгли дотла село Смелое, причем сожгли его по настоянию самого Мазепы, раздраженного отсутствием поддержки среди земляков.

Едва не закончилась трагедией осада города Недригайлов (ныне районный центр, которому территориально подчиняется родное село Ющенко — Хоружевка). Город был уже обречен, когда шведы, узнав о приближении отряда Ушакова, сняли осаду и отступили. Родину же Виктора Андреевича село Хоружевку прикрывал столь ненавистный украинской исторической наукой Александр Меньшиков, и, может, именно это спасло ее жителей от неминуемой расправы.

Полтавщина в огне

Шведы двигались дальше. Отряд Функе сжег Терны и осадил Чернухи. Защитники села укрылись в церкви, но швед приказал сжечь их вместе со зданием. Несколько дней драбанты безуспешно штурмовали слабо защищенный городок Веприк, но горожане и гарнизон проявили чудеса сопротивления. Шведский король, который без боя брал Копенгаген и Варшаву, застрял перед небольшим украинским городком. Под стенами Веприка были убиты граф Шперлинг, полковник Лилионгрин и еще три полковника. Когда же город был взят, Карл XII приказал майору Вильдемайеру «превратить его в пепел». Крайне жестоко были умерщвлены попавшие в плен защитники городка.

Погромом и казнями завершилось пребывание шведов и мазепинцев в Лохвице. В Краснокутске шведы вывели за околицу всех женщин и детей и погнали их раздетыми по глубокому снегу. Город за сопротивление был сожжен. За малейшее неповиновение или подозрение в непослушании или связи с русскими были сожжены села Ковалевка, Рашевка, Опошня. В самой Опошне цивилизованные европейцы-шведы придумали следующий способ наказания — они заставляли детей убивать родителей и наоборот, в случае отказа жестоко пытали.

Вот так цивилизованными и либеральными методами несли шведские господа долгожданную украинскую свободу. Непонятно лишь одно, почему же простые украинцы за это их так люто ненавидели?

Шведы и вновь под Полтавой

Европейская интеграция так далеко шагнула в сознании нынешних политиков, что главными героями приближающегося юбилея, похоже, будут, бывшие скандинавские оккупанты.

Они — главная надежда и объект аппетитного вожделения нынешнего полтавского руководства во главе с мэром Андреем Матковским. Неожиданно под Полтавой собрались строить музей Швеции, по заявлениям местных архитекторов, для пантеона «шведским освободителям» выделят большущую территорию. Городские власти отдали шведско-американским исследователям поле битвы, которое они «исследуют» с металлоискателями, в поисках шведских могил, попутно начав раскапывать и скифские курганы (их на поле до 30). В городе появилось уже столько шведов, что пора вводить в школах изучение шведского языка.

Как по команде «Равняйсь!» поворачивают в сторону шведов не только местные чиновники, но и, так сказать, «научные работники» вроде директора музея Александра Яновича. Чувствуют, откуда доносится еще едва уловимый запах свежеотпечатанных денежных еврознаков. Но, зная отечественных любителей истории и иностранных инвестиций, почему-то сохраняется уверенность, что шведы вновь потерпят под Полтавой поражение, теперь уже финансово-инвестиционное...

Автор: Виктор Анисимов